| Например, Медный банк |
Московская городская и Московская областная конторы Госбанка в годы Великой Отечественной войны"Войска фашистской Германии напали на нашу страну Не в первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом Страна мобилизуется. В этих условиях Государственный банк, обслуживая вооруженные силы и все народное хозяйство, должен работать исключительно четко, по-военному. Ввиду этого приказываю: 1. Повысить бдительность в работе, тщательно и быстро проверяя каждую операцию, и о всех случаях сомнений сотрудники обязаны немедленно докладывать заведующим отделами, при возникновении сомнений у заведующих докладывать мне. 4. Старшему кассиру т. Розаеву немедленно организовать особую расходную кассу для оплаты мобчеков. 5. Перерыв в работе для приема пищи регулировать заведующим отделами, в зависимости от хода операций, не задерживая прохождения мобопераций. 6. Уход с работы допускать только с разрешения заведующих отделами. Заведующие отделами и частями аппарата без моего разрешения не могут уходить из банка. 7. В случае каких-либо происшествий не поддаваться панике, не покидать рабочих мест и действовать по указанию заведующих отделами, согласно данных мной указаний. 8. Назначить круглосуточное дежурство ответработников, согласно особого расписания и моих указаний. 9. Прекратить отпуска сотрудникам отделения" Управляющий Пролетарским отделением Госбанка Якум А.С. 23 июня 1941 г. Приказ 334 по Пролетарскому отделению Госбанка, входившему в состав Московской городской конторы Госбанка, напечатанный наспех, с помарками, появился на второй день войны. Подобные документы и устные распоряжения встретили в тот день пришедших на работу сотрудников в десятках других отделений Московской городской конторы и в области. Так для банковских служащих началась Великая Отечественная война. Среди документов первых месяцев то и дело встречаются формулировки: Освободить от занимаемой должности в связи с мобилизацией. Банкиры уходили на фронт. Их места занимали женщины. Даже в приказах по автобазе традиционно мужскому подразделению уже в сентябре фигурируют сплошь женские фамилии: Ф.Н. Трубникова, Т.С. Новорасова, С.В. Ямщикова, А.И. Поверинова, М.А. Королева О характере тех первых и, наверное, самых трудных военных месяцев можно судить по скупым строчкам сохранившихся документов. Вот только несколько выдержек. Согласно указанию зам. Управляющего МГК Госбанка т. ШЕИНА устанавливается следующий порядок перевода охраны на казарменное положение: Пост 1 с 7 часов утра охраняется двумя человеками до 22 ч. 30 м., т.е. до закрытия Банка, после чего один человек переходит в резерв и может отдыхать, без права ухода из Банка, до 7 чаc. утра. Пост 2 без изменения, т.е. охраняется непрерывно. Пост 3 (вечерняя касса) охраняется двумя человеками с 16 час. до 22 ч. 30 м., после чего оба переходят в резерв и могут отдыхать до 7 час. утра, без права ухода из Банка. В случае воздушной тревоги до 22 ч. 30 м. с поста 1 и 3 по одному охраннику немедленно поднимаются на чердак и несут охрану от зажигательных бомб. Во время воздушной тревоги после 22 ч. 2 человека из резерва немедленно поднимаются на чердак и несут охрану от зажигательных бомб. Один человек занимает место у пожарного рукава 1, а остальные охранники остаются на своих постах, приведя в боевую готовность противопожарные средства.
Ввиду отсутствия рабочей силы необходимо самим сотрудникам Отделения производить погрузку и уборку дров, а также самим перепилить таковые. В целях упорядочения этого дела Приказываю: 1. Пилку дров производят сотрудники по очереди в течение рабочего времени. В случае если какой-либо отдел не выполнит дневную норму, то на следующий день печки в этом отделе НЕ ТОПИТЬ. Самыми трудными, как известно, стали осенние месяцы 41-го, когда враг вплотную подошел к столице и несколько районов области оказались временно оккупированными.
Заместителю На Вашу телеграмму от 22 ноября с.г. сообщаю, что по состоянию на 25 ноября с.г. эвакуировано 21 отделение Госбанка. Управляющие Боровским и Нарофоминским отделениями и гл. бухгалтер Можайского отделения прибыли к новому месту пребывания филиалов в гор. Красноуфимск, Свердловской области. Шесть филиалов: Высокиническое, Малоярославецкое, Осташевское, Уваровское, Угодскозаводское и Шаховское находятся на пути в Красноуфимск. Один филиал Лотошинское отделение взорван. Остальные одиннадцать отделений находятся в других городах Московской области. Управляющий МОК Госбанка Кучеров
О том, что произошло в Лотошино, рассказывает в своей докладной записке управляющий Лотошинским отделением Госбанка Г.К. Колеснев.
1941 г. 12 октября в 2 часа меня вызвали секретари Лотошинского РК ВКП(б), где т.т. Грачев и Арзамасов сообщили, что немецкие войска находятся в 30 километрах на танках, возможно, через час или два будут в Лотошино. А поэтому немедленно без всякой задержки выдавай приходящим организациям деньги на выплату зарплаты и выходного пособия по эвакуации и оставь часть средств для партизанского отряда. При этом присутствовал работник МК ВКП(б) С.Х. отдела (фамилию его не помню). Вернувшись в отделение, я дал распоряжение выдавать деньги по эвакуации без моей визы на чеках из оборотной и вечерней кассы, а сам пошел к начальнику РО НКВД насчет машины для перевозки ценностей, а также насчет документа, дающего право на эвакуацию. Начальник РО НКВД ответил: По этим вопросам обращайтесь в Райсовет. В райсовете Председателя т. Аборина не было, после чего я пошел в райком к тов. Грачеву, и на мой вопрос предоставить транспорт тов. Грачев ответил: Какие там ценности, тут людей не на чем возить, а ты тут о каких-то ценностях, которые состоят из 2-3 килограмм бумаг. Бумаги все сожгите, а сам не думай уезжать. Такое же распоряжение было и Сберкассе. Возвратившись в Отделение, я об этом сообщил главному бухгалтеру т. Добычину, который посоветовал добиться транспорта и документа на эвакуацию и здесь же сообщил мне, что в кассе очень много неоплаченных денежных чеков. Для оплаты чеков я дал распоряжение вскрыть фонды, где было около 70-80 т.р., и выдавать все деньги, а 20 т.р. крупными купюрами оставить для партизанского отряда В 6 часов утра я снова пошел в Райсовет Депутатов Трудящихся к тов. Аборину просить документ на эвакуацию и транспорт для вывозки ценностей. Аборин прямо сказал, что учреждения не эвакуируются, а насчет транспорта послал к Грачеву. Но последний ответил, что и отвечал раньше, и добавил: Ты думаешь, что твои бумаги пуп земли, или ты сам хочешь смотаться. Смотри, парень. В Отделении паника усиливается, пошли по нашему адресу выкрики: Сами уезжают, а нас оставляют. Паника усилилась еще больше, когда отделение прекратило выдавать деньги, а предъявителей чеков было очень много. Когда я услышал, что есть нарекания со стороны сотрудников, что сами уезжают, а нас оставляют, я вынужден был пойти еще раз в Райком, чтобы узнать чьи семьи из сотрудников Отделения Госбанка включены в список на эвакуацию. Когда возвратился из Райкома, я встретил в Отделении Банка только сторожа и инспектора с.х. группы т. Графчикова, с которым сожгли секретные документы и дела личного состава. После сожжения документов я закрыл несгораемый шкаф с кассовыми документами, сам остался в Отделении, а тов. Графчикова послал искать главного бухгалтера, которого искали до 14 часов. Часов в 8-9 утра я сходил и отправил свою семью и вернулся в Отделение, где был до 16 часов. В 16 часов состоялось совещание партактива, на котором было решено Почте и Банку 13 октября 1941 г. приступить к нормальной работе. В это время вошел в парткабинет военный человек и отдал пакет секретарю Райкома тов. Грачеву. Прочитав пакет, Грачев объявил, что все коммунисты мобилизованы, должны получить винтовки и действовать по указаниям командиров отряда. Командир отряда тов. Розов объявил, что наш отряд должен собраться в лесу в 18-20 километрах от Лотошина. На место прибыли не все сразу, в том числе и командир отряда. Его заместитель назначил меня в караул, а на мое заявление, что мне нужно идти в Лотошино, ответил: Никуда я не разрешаю, а беглецов будем расстреливать. 13 октября в 11 часов в отряд приехал второй секретарь Райкома Арзамасов, перед которым мною был поставлен вопрос об отпуске. Арзамасов распорядился отпустить. В Лотошино я прибыл в 15 ч. 30 м., когда все Лотошино горело и стояла кругом цепь бойцов истребительного батальона. Никого в Лотошино не пускали, в том числе и меня. Пробрался в Лотошино с наступлением темноты, приблизительно часов в 8 вечера, и пошел в помещение Банка, где встретил бойцов истребительного батальона вместо охранника. Бойцы готовились к взрыву. Я пошел искать тов. Добычина, но на квартире никого не было, квартира была разломана. Моя квартира тоже, и вещи все забраны, даже окна выбиты. Поиски продолжались до ночи, а приблизительно в 12 часов ночи меня в Отделение совсем не пустили, т.к. все было готово для взрыва здания. Около 0 ч. 20 м. здание Банка было истребительным батальоном взорвано. Я отступил вместе с 10-й ротой Московского Краснознаменного пехотного училища. До 2 часов дня толкался из стороны в сторону, чтобы пробиться к своему отряду, но кругом были немецкие войска. Тогда я попросился у командования роты двигаться вместе с ними. С 14-го на 15-е ночевал вместе с ротой в 3 километрах от Лотошино в окопах. Вместе с ротой я двигался до 18 октября, а 18-го приехал командир полка и распорядился меня в роте не оставлять. Тогда я решил отправиться в г. Волоколамск, сдать деньги, имевшиеся у меня для партизанского отряда, в сумме 20 030 руб. В Райкоме г. Волоколамска встретил инструктора МК ВКП(б) тов. Щербакова, который посоветовал пробраться к партизанскому отряду. Но под Яропольцем меня не пустили до приезда какого-то командира. Ожидая командира, я решил, что в первую очередь должен отчитаться перед Государственным Банком. И направился в Москву. Наличных денег в Отделении не осталось нисколько, а оборотная ведомость и книги были закрыты в большом несгораемом шкафу, ключи от которого были у гл. бухгалтера тов. Добычина. Разыскать гл. бухгалтера мне не представилось возможным. Операции за 12 октября были: выдача наличных денег и выдана бланковая ссуда Сушильному заводу в сумме 800 рублей. И.о. управляющего Лотошинским отделением Госбанка Колеснев Г.К.
После разгрома немцев под Москвой в декабре 1941 года ситуация в основном нормализовалась. 18 января 1942 года был издан Приказ по Государственному Банку Союза ССР.
Государственный Комитет Обороны постановлением за ГКО-1116 от 16 января 1942 г. обязал Правление Государственного Банка СССР организовать в г. Москве исполнение союзного бюджета. В связи с этим ПРИКАЗЫВАЮ: 1. Возложить кассовое исполнение союзного бюджета, а также составление отчетности по исполнению союзного бюджета на Московское Бюджетное Отделение Госбанка. Заместитель Председателя Правления Государственного Банка Союза ССР В.ЕМЧЕНКО
Перед этим несколько месяцев Московская городская контора Госбанка исполняла и функции Операционного Управления Правления Госбанка, эвакуированного из Москвы. Выполнять эти задачи приходилось в исключительно сложных условиях. Война разрушила хозяйственные связи и денежные отношения между предприятиями. Часть заводов осталась в оккупации и прекратила работу. Другая была срочно эвакуирована на Восток. Оккупированные предприятия объективно не могли заплатить по своим долгам, а эвакуированные, хотя и не отказывались от выплат, реально были способны рассчитаться с поставщиками лишь после того, как прибудут на место и возобновят работу. В этой ситуации только профессиональные и слаженные действия сотрудников Госбанка спасли страну от лавины неплатежей. Первоочередной задачей, вспоминал Владимир Сергеевич Геращенко, работавший в ту пору заместителем Председателя Правления Госбанка, стало кредитование эвакуированных предприятий. Учреждения Госбанка получили указания, которые допускали их кредитование при недостатке собственных оборотных средств. Необеспеченную задолженность по банковским ссудам, возникшую в результате военных действий, переносили на отдельный ссудный счет, и впредь до получения особых указаний она не взыскивалась. Не производилось никаких списаний денежных средств с расчетных счетов эвакуированных предприятий на погашение задолженности поставщикам, бюджету и банкам. Исключение могло быть сделано только на основе специального распоряжения Правления Госбанка. Для предприятий-партнеров, оказавшихся разбросанными по всей стране, в Госбанке ввели клиринговую систему, которая позволила большую часть расчетов проводить в виде взаимозачета требований. Эти новые методы работы, требующие не только высокого финансового профессионализма, но и глубокого знания производства, были в кратчайшие сроки освоены специалистами Московской городской конторы Госбанка. Она в полном смысле слова стала сердцем, которое бесперебойно гнало через себя финансовую кровь экономики, работающей на оборону. И при этом ее сотрудники не утратили чисто человеческой сердечности, прежде всего в отношениях с коллегами. В Приказе по Государственному Банку Союза ССР 59 от 12 мая 1942 г. говорится:
Бригаде работников Московской городской конторы Государственного Банка в составе т.т.: 1.Дорошевой Э.Я. гл. бухгалтера Москворецкого отделения, 2.Козловой О.И. гл. бухгалтера Коминтерновского отделения, 3.Захаровой А.В. зам. гл. бухгалтера конторы, 4.Сатик И.И. зам. гл. бухгалтера Ростокинского отделения, 5.Орловой А.П. счетовода конторы, 6.Александровой Л.В. контролера конторы, 7.Галаниной Л.А. зам. гл. бухгалтера Кировского отделения, 8.Волохиной К.А. кассира конторы, 9.Волко |